И все-таки левые в Израиле проиграли. В 2002 году Михаил Огер уехал на каникулы в Москву. Думал, что ненадолго, а потом взял и остался – неожиданно д на kuda.ua
Страны мира Визы Загранпаспорт Отели Посольства Фото KUDA.UA продается

И все-таки левые в Израиле проиграли. В 2002 году Михаил Огер уехал на каникулы в Москву. Думал, что ненадолго, а потом взял и остался – неожиданно д

KUDA.UA > Отдых > Отдых в России > И все-таки левые в Израиле проиграли. В 2002 году Михаил Огер уехал на каникулы в Москву. Думал, что ненадолго, а потом взял и остался – неожиданно д

– Здесь были родители, квартира, появилась девушка, – говорит он. – К тому же я поступил на политологический факультет Высшей школы экономики, а это соизмеримо диплому Университета Тель-Авива.

– Да и жить, наверное, тут спокойнее… – понимающе киваю я.

      – А вот этого не сказал бы, – возражает Михаил. – В Израиле, если я видел в автобусе человека в арафатке, то просто не садился туда – ждал следующего. А здесь, например, в метро такие толпы, что жутко становится. Охраны никакой, люди по сторонам не смотрят, думают о чем-то своем. В Израиле девять из десяти камикадзе останавливают благодаря бдительности населения! Тут этому пока не научились.

Надоело носить автомат

      Илья Мороз, 27 лет, со значком «менеджер» на свитере встречает и рассаживает гостей в московском ресторане. Вежливый молодой человек с тихим голосом – на самом деле старший сержант Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). Еще несколько месяцев назад резервист Илья 20 дней в году ходил в военной форме, а за плечами у него был огромный вещмешок, как у солдат в американских боевиках.

      – Человек никогда не знает, что в нем заложено, – говорит Илья. – Если бы мне раньше сказали, что я буду бегать по пустыне с винтовкой М-16, я бы рассмеялся.

      В 16 лет он увидел объявление в газете: программа «Алия-16» предлагает желающим получить образование в Израиле. Закончив колледж и получив степень бакалавра, Илья стал в ряды военных.

– В боевые войска я не попал, меня взяли в части обеспечения. У них такая система: один служит, десять обеспечивают – не как у нас.

      Отслужив три года, Илья вдруг понял, что про войну в Израиле забыть не просто. Срочная служба оказалась лишь «курсом молодого бойца». А боевые действия продолжаются каждые 24 дня в году, когда резервистов призывают в горячие точки.

      – Мы патрулировали границу с сектором Газа, – вспоминает Илья. – Там натянута проволока под электричеством, и если где-нибудь сработает сигнализация, надо срочно выезжать на джипе. На нашем участке палестинец прорвался только один раз. Парень разрезал проволоку, но ушел недалеко – его быстро поймали. Оказался каким-то отчаявшимся безработным. А по-настоящему опасно на границе стало после начала интифады. В наших ребят полетели гранаты, мины, автоматные очереди шли откуда-то из темноты. Ицхак Рабин, которого в 1995 году убил фанатичный еврей Игаль Амир, разрешил палестинцам иметь собственную полицию, с тех пор на их стороне границы стоят вышки. Считается, что в них сидят палестинцы, наблюдающие за порядком. Но это больше для галочки. Тех, кто стреляет в израильтян, они не ловят.

      – Сейчас правительство Шарона лелеет проект строительства «стены безопасности». Как ты думаешь, это уменьшит количество терактов?

– Вряд ли. Дырку можно сделать в любом заборе. И потом в последнее время палестинцы действуют организованней. Смертники легально проходят через контрольно-пропускные пункты, а на территории Израиля их ждет взрывчатка.

      Илья Мороз уверен, что разрешить арабо-израильский спор можно за 3 дня, если ввести войска на территорию Палестинской автономии и арестовать лидеров сопротивления. И таких, как он, в стране огромное количество.

– Но только Израиль боится оказаться в полной изоляции, ведь тогда возмутится Евросоюз, который живет на арабской нефти, – набрасывает геополитический расклад Илья. – Когда Израиль вторгнется на палестинские территории, арабы перекроют трубу, и европейцы пересядут с машин на велосипеды. Вот что их по-настоящему волнует, а не судьба палестинского народа. На самом деле она и арабов-то не слишком интересует. Посмотрите на лагеря палестинских беженцев в Иордании и Сирии. Да им там гораздо хуже, чем в Израиле! Их охраняют с автоматами и не дают вообще никакой свободы.

      Во внутренней политике Израиля Илья разобрался с той же хозяйственной смекалкой, как во внешней. Он считает, что страну надо спасать от иудейских ультраортодоксов, которые ничем не лучше палестинских фанатиков.

      – Мне кажется, что религиозные иудеи в Израиле пользуются слишком большими преимуществами, – возмущается мой собеседник, голосовавший за либеральную партию «Шинуй». – Не понимаю, почему эти молодые ребята с пейсами не служат в армии. И потом я, например, на такси не езжу, а автобусы в Израиле по субботам не ходят – Шаббат. Магазины не работают. Религия повсюду.

      В перерывах между службой Илья работал программистом в мировом суде и успел составить представление о нравах израильтян.

      – Мужья бьют жен, бывает такое, – рассказывает он. – Но женщины законом защищены хорошо, и судьи, как правило, на их стороне. Многие, кстати, этим пользуются, в том числе из репатриантов. Был такой случай с «русскими». Пока муж бегал, пытаясь найти работу, жена, оказавшись в свободной стране, решила от него избавиться. Завела себе любовника и специально не стала этого скрывать. Муж не выдержал – побил ее. По израильским законам, его в наручники и под арест. Теперь он не может жить в том же городе, что и она, а если случайно приблизится к ней, она имеет право вызвать полицию, и его снова арестуют.

Через одиннадцать лет на земле обетованной, прикинув, что оружие придется носить до 40 лет, Илья решил вернуться в Россию.

      – После начала интифады стало меньше инвестиций, и в Израиле начался экономический кризис, – объясняет он. – Министр финансов Беньямин Нетаньяху решил пополнить бюджет за счет малоимущих: пенсионеров, мелких чиновников. У них сократились пособия, зарплаты, многие потеряли работу. В результате началась настоящая война между Шароном и Нетаньяху с одной стороны и профсоюзами с другой. Забастовки не кончаются, а председатель израильского объединения профсоюзов Амир Перец каждую неделю требует отставки правительства. В довершение всего вузы подняли плату за обучение, а учиться я хотел. Поэтому поехал в Россию и поступил в Московский авиационный институт на курсы общего и стратегического менеджмента. Если найду работу, останусь. Да и автомат носить не могу больше. Выглядит, конечно, романтично, но после того как три года ты с ним и в душ, и в туалет – надоело.

Ностальгия здесь и там

      Юлия Позднеева (26 лет) с родителями и двумя девятилетними братьями прилетела на первом самолете из России после путча в августе 1991 года. Пассажиры были уверены, что это последняя возможность выбраться из страны, которой грозит гражданская война.

      – Нас устроили в гостиницу для репатриантов «Дипломат», где жили евреи из Эфиопии, – вспоминает свой приезд Юлия. – Дали одну комнату. Когда ехали, мы, конечно, рассчитывали на большее. Но в итоге было весело. «Русские» жили одной семьей, одалживали друг другу деньги, когда не хватало, а если кто-нибудь находил квартиру и сообщал, что уезжает, все очень расстраивались. Я ходила в школу. От нашей она мало чем отличалось. Там был такой хулиган, его звали Дон Педро. Он был евреем из Марокко , и его боялись, потому что «марокканцы» страшные драчуны и всегда держатся стаей.

      В Москве папа Юли работал водителем такси, а мама в том же таксомоторном парке диспетчером. В Иерусалиме они нашли работу на остановке автобусов. Папа готовил еду для водителей, мама мыла посуду. У них появилась собственная машина, и в деньгах они не нуждались.

      Но главу семьи мучила ностальгия, и в 1993-м Юля с родителями и братьями вернулась в Россию, благо квартира осталась. Через несколько дней в Москве папа запросился в Израиль . Стали снова собираться. Однако не успели – в декабре он умер.

      Через восемь лет Юля одна решила попытать счастья в стране, которая стала почти родной.

Проработав в Израиле несколько месяцев уборщицей, Юля вернулась в Россию. Вскоре на историческую родину поехали ее братья. Смогли устроиться расклейщиками объявлений, искупались, позагорали и купили билет до Москвы. В общем, как она говорит, «отметились», а теперь чинят машины в московском автосервисе. Юля вышла замуж за русского, сына назвали Русланом.

      – Иногда, когда все надоедает, я опять думаю уехать, – признается она. – Честно говоря, я всегда мечтала стать солдатом. Но, к сожалению, призывной возраст с 1993-го по 2001-й попал на нашу жизнь в России. По-моему, это красиво, когда женщины с автоматом и в форме. Да и потом отношение в Израиле к тем, кто отслужил, другое. Смотрят на тебя как на человека. А вот жить здесь лучше, я себя чувствую в Москве намного свободней.

Здесь меня знают и помнят

      Леонид Рутгайзер (34 года) – повар в ресторане Еврейского общинного центра. В ухе у него сережка, на руке – след от сведенной татуировки. Он уехал в Израиль в 1994 году, спасаясь от наркотической зависимости: «Думал, что на год, а получилось на семь лет». Устроиться по специальности удалось через два месяца после приезда.

– Я закончил в Москве кулинарное училище, и меня взяли в ресторан одной гостиницы в Натании, – рассказывает Рутгайзер. – Когда началась интифада, гостиницу закрыли, потому что туристы боялись приезжать. Я перешел в другой ресторан, где проработал до отъезда. До сих пор созваниваюсь с шеф-поваром. Он не злится, наоборот, рад за меня.

      За то время, пока Леонид жил на Земле обетованной, он выучил язык, у него появились друзья-израильтяне. В Москву он звонил редко, говорить с родными было не о чем, за семь лет сложилась своя жизнь, он чуть не женился. Рутгайзер вернулся в 2001 году. Думал, навестит родителей – и обратно. Но так и остался здесь.

– Если бы у меня там появилась семья, не вернулся бы, – объясняет Леонид. – А так… здесь стала налаживаться жизнь. При том же темпе работы можно получать те же деньги. А жить дешевле. И потом все свое. Мне казалось, что у меня никого не осталось, но все здесь обо мне помнили. Что еще нужно сентиментальному еврею?

      Был в брежневские времена анекдот про еврея, который, только выехав, начинал проситься обратно в СССР. На десятый раз его в КГБ спрашивают: «Абрам Моисеевич, где же вам все-таки больше нравится? – «Знаете, молодой человек, – отвечает тот, – здесь плохо, там плохо, зато какая красивая дорога!»

      А может, весь смысл еврейских поисков счастья со времен ветхозаветного Исхода и заключается в этой самой дороге? Кстати, не обращали внимания, что из всех песен Луи Армстронга на наших FM-радио в тяжелой ротации только одна: «Moses, Moses! Let my people go!» («Моисей, пусть мой народ идет!»)? Что же это получается, не успели евреи вернуться, как опять уже куда-то собираются?

Антон Бильжо

Журнал “Большой город”

№7 2004



Прочитайте еще про Отдых в России:





Фото отчеты:

Новости туризма:

Туристические статьи:

Отзывы о странах:

Отели мира:


РАЗДЕЛЫ:
Загранпаспорта
Посольства
Отели
Активный отдых
Отзывы туристов
Авиакомпании Украины
Туркомпании Украины
Страхование

О СТРАНАХ:
Таможенные правила
Оформление виз
Фотографии
Карты
Флаги
Гербы
Гимны

О СТРАНАХ:
Достопримечательности
Транспорт
Связь
Валюта
Культура
Климат
Экономика

О СТРАНАХ:
Советы туристу
Курорты
История
Цены
Сайты
Кухня
Праздники

СВЕЖАЯ ИНФОРМАЦИЯ:
Статьи о странах
Туристические новости
Туристические анекдоты
Прогноз погоды

О сайте
KUDA.UA продается
© 2007-2017 “KUDA.UA”. Реклама на сайте: +38 (066) 750-50-90. E-mail: info@kuda.ua. Контакты. Политика конфиденциальности.