Потом на тропе мы повстречали каких-то парней с ружьями, но это оказались очень приветливые пастухи, они даже угостили нас из своих припасов. Наша хо на kuda.ua
Страны мира Визы Загранпаспорт Отели Посольства Фото KUDA.UA продается

Потом на тропе мы повстречали каких-то парней с ружьями, но это оказались очень приветливые пастухи, они даже угостили нас из своих припасов. Наша хо

KUDA.UA > Отдых > Отдых в России > Потом на тропе мы повстречали каких-то парней с ружьями, но это оказались очень приветливые пастухи, они даже угостили нас из своих припасов. Наша хо

Потом на тропе мы повстречали каких-то парней с ружьями, но это оказались очень приветливые пастухи, они даже угостили нас из своих припасов. Наша хозяйка заметно расстроилась, узнав про наши приключения. Мы подарили её детям по шоколадке из заброски, а она нам – круг свежайшего сыра. Мужики в попутном грузовике принялись горячо убеждать нас сразу же обратиться в милицию, такой позор для района нельзя оставить безнаказанным. Прежде мы сомневались, будет ли от милиции толк, но теперь приободрились и уже не чувствовали себя, как мистер Питкин в тылу врага. Есть, есть ещё здесь власть! На въезде в Агвали стояло несколько человек, среди них выделялся один серьёзный мужчина. Наши попутчики враз загомонили: 

    – Вот к нему обратитесь, к нему, это ещё лучше, чем в милицию. 

    – А кто это такой, глава администрации? 

    – Нет, это… – собеседники немного замялись, – в общем, большой человек. 

    – Хозяин района? 

    – Да, что-то вроде этого. 

    “Хозяин района” нас внимательно выслушал, обещал помочь, велел составить список похищенного, а самим до завтрашнего вечера ждать его в гостинице, он съездит на место происшествия и накажет наших обидчиков. Честь района не должна пострадать. На другой день наш заступник появился весьма раздосадованным: он съездил, нашёл тех людей, но они всё отрицали и даже поклялись старикам на Коране. А это снимало с них все обвинения. Единственное, что он теперь может сделать для нас – это одолжить денег на обратную дорогу под честное слово вернуть их по почте (что мы впоследствии и сделали). 

    * Нам уже расхотелось бежать отсюда без оглядки, и, раз уж наша “пятёрка” не сложилась, мы решили хотя бы прогуляться через перевал Осука в Богосском хребте, поглядеть, что тут за горы. До устья Хваршинки доехали на машине, а дальше пришлось идти по дороге пешком. Узкий вход в ущелье меж вертикальных рыжеватых скал напоминал Среднюю Азию. Ночевали на полузаброшенном народном курорте “Инхоквари” с нарзанным источником. Выше по Хваршинке скалы уступили место лесистым склонам. Высоко над дном ущелья лепится на скалах аул Сантлода. Он, как и большинство горных аулов, напоминал сложенный лесенкой штабель ящиков. Подняться в аул снизу – непростая задача. Надо думать, его жителям есть чем заняться на своей немыслимой верхотуре, ведь бегать вверх-вниз каждый раз вряд ли захочется, это похуже, чем жить в небоскрёбе без лифта. 

    Дорога обходит стороной 6-метровый водопад на реке и поднимается на небольшое плато с развалинами коша Цунтио. Нехилый, однако, был кош, похоже, здесь стояла небольшая крепость. С плато открывается вид на широкую долину и аул Хварши со старинным минаретом. Навстречу нам спускалась с чьей-то свадьбы большая молодая семья. Они были все так веселы, что, казалось, приплясывали на ходу. Через минуту мы были уже лучшими друзьями. Они покатали нас на ослике и с большой неохотой выпустили из своих объятий. 

    Аул Хонох раскинулся по обоим берегам Хваршинки на плоском участке долины. Выше аула на ручье запружена большая лужа, в которой плескались десятка полтора мальчишек. Мы дождались, когда они вымерзнут окончательно, и полезли купаться сами. От жуткого холода застыли даже мысли в голове. Как пацаны высиживают здесь часами, уму непостижимо. Они смогли бы, наверное, на манер лягушек, замерзнуть со льдом, а весной оттаять, сразу начав дергать лапками. Паренёк постарше проявил к нам живое участие и великодушно предложил воспользоваться караваном ишаков, который завтра очень рано утром пойдёт из аула в верхние коши, как раз нам по дороге. Плоская долина выше Хоноха замыкается крутым подъёмом вдоль каньона Хваршинки. По словам этого парня, нам крупно повезло, мы сэкономим кучу времени и сил. Ну-ну, посмотрим, если наступить на грабли во второй раз, может, они промахнутся? Остаёмся тут ночевать. 

    Вечером нас пригласили в аул на какое-то торжество. Откомандировали туда двоих добровольцев. Они вернулись поздно, рожи довольные, сытые, ещё и нам принесли в клюве. 

    Ночь прошла на удивление спокойно, без стрельбы, но мы вскочили сами ещё затемно, ведь нам настойчиво твердили вчера, что караван пойдёт очень-очень рано. Стремительно собрались, беспокойно поглядывая сквозь густые сумерки в сторону аула. К шести часам мы начали проявлять первые признаки нетерпения. Часов в восемь послали гонца в аул. Гонец вернулся с меланхолической белой ослицей и парнем-поводырём. На животное поместились только два рюкзака, один из которых некстати оказался моим. Остальные рюкзаки несли по очереди. Мне часто попадался Галкин, а это сущее мучение – нести чужой рюкзак, особенно женский, он мне всю спину переломал. Когда же на верхних кошах развьючили ослицу, спина у моего рюкзака оказалась густо покрыта мелкой белой шерстью и насквозь провоняла ослиным потом. 

    * Распрощавшись с нашим благодетелем и восстановив душевное равновесие, пошатнувшееся от этой дурацкой затеи с караваном, мы бодро зашагали дальше. Через моренные гряды, ручьи и речку Бичуга подошли под крутой травянистый бугор. Сверху нам показывал язык ледник Осука, он свисал по “бараньим лбам”, как из пасти собаки. Язык был белый и чистый, словно нализался мороженого. После зелёных склонов, где на выходах сланцев попадались друзы горного хрусталя, потянулись морены и простые скалы. Слева (по ходу) от языка Осуки возвышается длинный гребень береговой морены, на нем и заночевали. 

    Утром поднялись на ледник. По плоскому его животу, изборождённому морщинами закрытых трещин, шли двумя связками, мы с Серёжей и Амиром первые. Серёга что-то торопится, я едва поспеваю за ним. А Амир вот не поспел. Он шёл в связке последним, и в одном месте вынужден был перейти трещину чуть в стороне от наших следов. Рывок верёвки бросил нас на снег. Оглянулись – нет нашего Амира, только дырка в снегу. 

    Завинтили ледобуры, подстраховались, покричали в дыру – живой. Сначала Амир отправил наверх рюкзак, а затем “с маленькой помощью своих друзей” выбрался сам. Долго молча сидел на рюкзаке, безучастно глядя в пространство. Что он там видел? Может быть, так возвращаются из клинической смерти? Придя в себя, он вежливо предложил Серёже пойти в зад, в смысле, поменяться с ним местами в связке. 

    С ледника по осыпным скалам поднялись на седловину перевала Осука (2Б, 3896 м), одного из самых высоких в Дагестане. Ветродуй на седловине отчаянный. Далеко вниз бело-чёрной рваной лентой уходит левая ветвь ледника Беленги. В Дагестане, кроме экзотических топонимов вроде Диклосмта или Колоросолькал, есть ещё одна редкая особенность – полосатые горы. Они сложены из чёрных сланцев, образующих пояса, на которых задерживается снег. Наверное, это сделано нарочно, чтобы на них не натыкались самолёты. Такова, например, вершина Косараку справа от перевала. Крутизна спуска до 65 градусов. С седловины – одна верёвка вниз по крошащимся сланцам, траверс к центру ледника, затем прямо вниз, с попеременной страховкой, на три такта. Шаг за шагом, верёвка за верёвкой… Некоторое разнообразие внёс прыжок через трещину с трёхметровым сбросом. Из воздуха сгустился туман и осел на нас. Когда впереди ненадолго развиднелось, вечернее солнце осветило пышные шапки облаков, вызвавших в памяти торт со взбитыми сливками, который так любил Карлсон. 

    Густые сумерки пополам с мокрым снегом накрыли нас в лабиринте трещин. Ровных мест для ночлега не предвиделось. Пришлось до самой ночи долбить ледяную площадку между двумя большими трещинами. Мы надёжно привинтили палатку ко льду и подложили с нижнего края верёвки и что-то ещё. Трёхместная палатка, в которую забились шестеро, стала смахивать на мешок с котятами. Я ещё долго сидел снаружи, пытаясь вскипятить воду для чая: примус вдруг забастовал и только презрительно фыркал в ответ на мои тщетные попытки вдохнуть в него искру жизни. Я затратил столько энергии, что вода, в конце концов, закипела почти без огня. Залезая в палатку, я объявил, что примус ни к черту не годится и посочувствовал Галке, которой предстояло возиться с ним по утреннему холоду. 

    Ветер безобразничал всю ночь, он свирепо тряс палатку и устрашающе завывал, как нехороший дядька, который хочет напугать забившихся в палатку детишек. Утром я испытал шок, когда в ласковых Галкиных руках примус воспылал буквально от одного прикосновения. Ах, эти ловкие женские ручки! 

    Продолжили спуск по леднику, забирая теперь правее, где было поменьше разломов. После ледопада ровный лёд внизу манил не хуже травянистой лужайки. Там, где все ветви ледника Беленги сливаются вместе, зарываясь под мощный панцирь поверхностной морены, мы поставили палатки. 

    На следующее утро быстро скатились вниз, перейдя с грязного тела ледника на травку правого борта. Речка Беленги ввинчивается в зелёную замшелую щель каньона, а тропа сбегает к Киле у коша Цобегодари. Крепкая бабуля посетовала на то, что мы в этом году – единственные туристы, не то, что раньше, когда и иностранцы здесь водились в изобилии. Вниз по Киле идёт торная тропа. Коричневые сакли древнего аула выплывают из-за коричневой скалы, как её продолжение. Повстречали компанию развесёлых мужиков и осликов с поклажей, возвращавшихся домой вверх по ущелью. Дорога, однако, местами нехороша и для совершенно трезвого человека: то неприятный участок конгломерата, то тропа едва цепляется за выбоины мокрой наклонной плиты над бушующей рекой. Как здесь прошли те мужики, одному Богу известно. 

    Ниже, на дороге, нам удалось сесть на машину. Водитель нёсся вниз так, словно у него отказали тормоза. В Агвали нас ожидала впечатляющая встреча: когда наш взмыленный грузовик, завизжав тормозами и подняв тучу пыли, замер напротив гостиницы, к нему тут же подскочили расторопные молодые парни в белых рубашках и принялись бойко таскать куда-то наши рюкзаки. Мы, ещё не очухавшись после бешеной гонки, вяло пытались этому воспрепятствовать, но нас вежливо отстранили, объяснив, что мы – их гости. Они подняли шум, разыскали хозяина гостиницы, и нас мигом вселили в номер. На вечер нас категорически пригласили в кафе при гостинице. 

    Отвертеться от приглашения не удалось, нас буквально силком потащили в кафе. Заведение это весь день стоит закрытым, часов в восемь вечера там появляются молчаливые тётки и готовят какую-то нехитрую столовскую еду. Потом подтягиваются окрестные мужики, покупают водку, которая разводится из спирта в соседнем дворе, и гуляют до ночи. Нас встретили как долгожданных гостей, усадили в центре стола, напоили и накормили, обиженно отвергая попытки расплатиться. Музыкант наяривал на аккордеоне местный хит сезона “Ах, Агвали!” по мотивам песни Сергея Крылова “О, Порт-Саид!”, а в центре комнаты самозабвенно отплясывали небритые мужики кавказской национальности. 

    Не ведали мы тогда, что война в Чечне уже не за горами, и что бандиты оттуда и местные отряды самообороны – это не выдумка тех уродов. Ах, Дагестан! Ах, Агвали… 

Газета “Вольный ветер”

№51 07 2002

Автор: Григорьев Алексей



Прочитайте еще про Отдых в России:





Фото отчеты:

Новости туризма:

Туристические статьи:

Отзывы о странах:

Отели мира:


РАЗДЕЛЫ:
Загранпаспорта
Посольства
Отели
Активный отдых
Отзывы туристов
Авиакомпании Украины
Туркомпании Украины
Страхование

О СТРАНАХ:
Таможенные правила
Оформление виз
Фотографии
Карты
Флаги
Гербы
Гимны

О СТРАНАХ:
Достопримечательности
Транспорт
Связь
Валюта
Культура
Климат
Экономика

О СТРАНАХ:
Советы туристу
Курорты
История
Цены
Сайты
Кухня
Праздники

СВЕЖАЯ ИНФОРМАЦИЯ:
Статьи о странах
Туристические новости
Туристические анекдоты
Прогноз погоды

О сайте
KUDA.UA продается
© 2007-2017 “KUDA.UA”. Реклама на сайте: +38 (066) 750-50-90. E-mail: info@kuda.ua. Контакты. Политика конфиденциальности.